01:17 

На хранение. Важное и любимое

Laerta820
По сути все мы - лишь микросхемы мировой Энергетической системы.

Пристрастие

Возвращаясь с работы, Дерек старается не думать о том, каким утомительным выдался день. Именно сегодня его подчинённые разом словно взбунтовались и окончательно вытрепали молодому начальнику все нервы своим нарочитым тугодумием. Первые два месяца в новой должности всегда самые тяжёлые, и от постоянных проверок на прочность, от ежедневной необходимости доказывать коллективу свое лидерство он чертовски устал. Сегодня Дерека даже потянуло выпить, захотелось расслабиться и стряхнуть перенесённый стресс.
Он решает заглянуть в небольшой элитный ресторанчик в центре города, где выбирает понравившееся место на летней площадке и делает заказ. В голове мелькает мысль, что неплохо было бы познакомиться с какой-нибудь молодой леди - это определённо помогло бы ему развеяться и отлично провести вечер. Дерек хорош собой: высокий шатен, статный, харизматичный, так что найти спутницу ему обычно не составляет труда. Но, окинув взглядом полупустое заведение, он пренебрежительно кривит тонкие губы: сегодня точно не его день. Когда наконец официант приносит двойной виски, Дерек делает глоток и расслабленно откидывается в кресле.
Неожиданно его внимание привлекает звонкий цокот каблуков по тротуару, и он с любопытством оборачивается.

Первое, что бросается ему в глаза, это роскошные алые длинные волосы. Они развеваются от быстрой ходьбы и струятся карминовыми волнами по спине, удачно подчёркивая гибкую талию своей хозяйки, затянутую в полупрозрачную белую блузку. Заинтригованный, Дерек взглядом скользит дальше. Посмотреть определённо есть на что: округлые бёдра, длинные стройные ноги, обтянутые тонкими черными джинсами. Завершают сексапильный образ великолепные красные туфли на запредельно высокой шпильке, сплошь усыпанные мелкими бриллиантовыми стразами. Только лица Дерек не успевает увидеть и, бросив на стол купюру, он спешит за незнакомкой вслед. Ему уже не хочется её отпускать.

Кажется, девушка куда-то торопится. Высоченные шпильки придают ее летящей походке пикантную неустойчивость. Незначительная неровность застаёт её врасплох и, подвернув ногу, она мягко приземляется в объятия тут же подскочившего мужчины. Крепкие руки обнимают за талию, ладонь спускается по спине, и девушка поднимает глаза на своего спасителя. Изумрудные, подчёркнутые ярким макияжем, манящие. Сердце Дерека пропускает удар. Поборов неожиданное смущение, он нехотя разжимает объятия, помогая незнакомке встать на ноги. Та весело улыбается, благодарит и что-то щебечет про то, какая она неуклюжая и как ей неловко, что она просто задумалась и на самом деле никуда не спешит.

Дерек не подозревает, что всё это не более чем прекрасно разыгранный спектакль, отточенный до мельчайших деталей. Другие глаза, тоже зеленые, только более тёмные следят за этим выступлением. Пальцы крепко держат тлеющую сигарету. Губы искривляются в недоброй усмешке и, затянувшись от фильтра, выпускают вверх очередную порцию дыма.

Вот сейчас леди спросит, какие планы на вечер у «её героя», и пожалуется, что совсем не хотела бы свой проводить в одиночестве. Она приглашает его в гости, выпить чашечку кофе, добавляя, что идти совсем не далеко. И до чего очевидно последующее развитие событий. Дерек весь в предвкушении случайного секса лишь поражается, что такая рыбка сама попалась в его сети. Перекинувшись ещё парой незначительных фраз с новым знакомым, девушка смело берет его под руку и уводит с центральной улицы в глубь узкого, невзрачного переулка, к многоэтажному дому, в котором снимает себе квартиру. Когда входная дверь закрывается, таинственный наблюдатель выходит из тени, бросает на асфальт недокуренную сигарету и направляется следом.

Он стоит за дверью небольшой квартиры, куда вошла парочка, и смотрит на циферблат наручных часов. Обычно хватает всего пары минут. Звуки просачиваются через тонкую дверь: приглушенные голоса, хаотичный стук каблуков по паркету, а после - лёгкий звук удара о стенку. Вздох то ли сладкий, то ли возмущенный.

Спирс усмехается, натягивает кожаные перчатки и тихо проходит в квартиру. Не скрипит под ногами половица, не издает звука дверь. И это не случайно.

***

В любом публичном месте, в кафе или на прогулке в парке, на заправке или в обычном супермаркете, куда они заходят вечером за бутылочкой красного вина, - везде и всегда внимание всех мужчин приковано к Сатклиффу. Эти похотливые самцы разглядывают его с ног до головы, оценивают смазливое личико, сальными взглядами скользят по стройной фигурке и мысленно облизываются. Пока не натыкаются на полные ледяной ярости глаза его постоянного спутника. Того мужчины, который нужен ему. Уильяма Т.Спирса. Которого жутко бесят и эти вычурные туфли, и чересчур обтягивающие джинсы, и яркий вульгарный макияж своего любовника. Его охватывает неконтролируемая злость от вызывающей внешности Грелля, от того, как он ходит, призывно покачивая бёдрами и провоцируя этих мерзавцев. А может быть, и его самого?

Пока они добираются до гостиничного номера, Спирс теряет последние остатки терпения. Грелль видит, чувствует - волосками на руках, вставшими дыбом, мурашками, морозящими позвоночник, - пульсирующую ярость своего любовника. Но все равно не боится. Ведь он умеет гасить вот-вот готовую выплеснуться агрессию, направить ее в иное русло. И Уиллу до исступления нравится то, что Грелль может с ним делать.

Как он умело ублажает его - так, что дыхание сбивается, становится до одури жарко, почти нестерпимо... Его восхищают длинные пальцы с безупречным маникюром, оставляющие красные полосы на его теле, острые белые зубки и мягкие губы, такие податливые и призывно манящие, заставляющие выгибаться и громко стонать, толкаясь глубже в горячий желанный рот. Он обожает выливаться семенем в горло так, чтобы любовник сглатывал, не оставляя ни капли.

Грелль, поперхнувшись, негромко откашливается, но после всё равно развратно улыбается. Это выглядит слишком сексуально. Сладко. И так нужно сейчас.

- Какой же ты всё-таки... большой, - тыльной стороной ладони Сатклифф вытирает губы и смотрит снизу вверх томным взглядом.

- Ты только заметил? - усмехается Уилл, сильно сжимая в кулаке мягкие волосы, заставляя любимого встать с колен, чтобы поцеловать его властным поцелуем. - Но тебе ведь нравится?

Грелль с удовольствием выгибает спину, прижимается к нему и отвечает с не меньшим пылом.

- О, да...

Тогда только Спирс удовлетворен. Секс с Сатклиффом заглушает эту безумную жажду. Жаль, что ненадолго. Совсем скоро его смертоносное пристрастие снова даст о себе знать.



Гнев был с ним, сколько он себя помнил. Придерживаясь общественных законов и установленных норм поведения, Уилл всё время пытался сдерживать его и научился контролировать, скрывать за маской непробиваемой невозмутимости. Но многолетняя выдержка полетела ко всем чертям, когда однажды, в одном неприметном баре он встретил Сатклиффа. Счастливый случай или фатум - кто знает?

Оба одновременно почувствовали сильнейшее притяжение.
Грелль, в отличие от Уилла, пришёл не один. Потягивая коктейль за барной стойкой и натянуто улыбаясь распинающемуся перед ним, быстро пьянеющему кавалеру, он закручивал на палец прядь своих волос и время от времени бросал заинтересованные взгляды на одинокого статного брюнета за столиком. Спирс сидел к ним вполоборота, искоса наблюдая за импозантным незнакомцем и его нетрезвым спутником, много курил, раздражался и ясно осознавал, что пора бежать из этого проклятого заведения, иначе его безвозвратно затянет в глубокую черную воронку собственного безумия. Расплатившись, он решительно двинулся к выходу, но у двери обернулся, вдруг расслышав сквозь колотящий по ушным перепонкам музыкальный бит визгливо-возмущенное восклицание:

- Эй, убери руки, мерзавец!

Осмелевший от выпитого спиртного парень, бесцеремонно схватив Сатклиффа за руку, тянул его в сторону уборной. Тогда Уильям впервые сорвался, поняв, что не позволит ни одной грязной сволочи так обращаться с этим невероятным алым чудом. Пусть даже не его. Пока не его.
Быстро подскочив к ним, Спирс высвободил руку Грелля и сам затолкал захмелевшего типа в туалет.

- А ты ещё кто? Думаешь, самый крутой здесь?

Парень был крупнее и крепче Уильяма, и уже выставил вперед свои здоровые кулаки. Но Спирс и не думал с ним драться. Намеренно со всей силы приложил его виском о раковину и, не дожидаясь, пока тот испустит дух, бросился прочь из уборной к выходу. Но на пути вновь столкнулся с изумленным Греллем. Уильям замер, взглядом цепанув по побледневшему лицу, и едва не утонул в широко распахнутых, изумрудных и всё понимающих глазах. Тогда Грелль сам схватил Уилла за руку, переплетая их пальцы в крепкий замок.

- Возьми меня с собой, – единственное, что он попросил, и этой фразой подписал судьбоносный приговор для обоих.

Оказавшись в скучной, полупустой квартире Уильяма, Грелль совершил второй незабываемый решительный шаг в их жизни: на вопрос, не желает ли гость что-нибудь выпить, он ответил Уильяму обжигающим поцелуем и принялся требовательно расстегивать его ширинку.
Это была самая горячая, самая яркая, самая безбашенная ночь любви во всей монохромной жизни Уильяма Т.Спирса. Она молниеносно изменила её, сорвала все удерживающие путы и стёрла поставленные границы нормальности.

После того первого убийства Уиллу теперь просто необходимо была разрядка. Он уже не мог остановить запущенный внутри себя реактор, постоянно требующий насильственно-пролитой, свежей, такой необходимой крови. Ядром этого реактора являлся его возлюбленный, а потенциальными жертвами - приторные навязчивые поклонники Грелля. От любого похотливого взгляда на его собственность у Спирса начинали дрожать руки, а сбивчивый утешающий шепот любовника только подливал раскаленного масла в огонь.

Но одного секса Уиллу стало уже недостаточно. Он окончательно и безвозвратно обезумел, стал одержим своей нескончаемой ревностью. Он сходил от нее с ума, он страдал и больше всего боялся однажды сорваться на самом дорогом, кто у него есть.
Но вдвоем они нашли выход.



***

Стараясь не шуметь, Уилл проходит в комнату и видит их: свое сокровище, свое чудо, важную часть себя в объятиях очередного легкомысленного идиота. Слабо отпирающийся Сатклифф крепко прижат к стене своим случайным знакомым. Руки Дерека скользят по его изящному телу, оглаживают ягодицы, сжимают упругую грудь и принимаются расстёгивать белую блузку. А разомлевшая "леди" сама подставляет шею под горячие поцелуи. Такие притягательные мужчины попадаются Греллю не часто, и он старается по максимуму насладиться ситуацией.

- Так-так. Похоже, вы неплохо проводите время? – голос Уильяма глухой и скрипящий, будто царапанье металла по стеклу. Все еще зажатый Грелль жадно следит за действиями вошедшего, на минуту забыв о находящемся рядом ухажере. И будто ожидает чего-то. Прислонившийся к косяку двери Спирс смотрит на парочку из-под прикрытых ресниц, хорошо известным Греллю взглядом хищника, на чью добычу только что посмели покуситься.

- Детка, кто это? - спрашивает удивлённый Дерек, немного отстраняясь. Он все еще держит руку на талии Грелля, а тот вовсе не торопится ее убирать. Возникает напряжённая пауза, пока Спирс и его конкурент меряют друг друга ненавидящими взглядами. Грелль не выдерживает, его переполняет предвкушение. И повернув за подбородок голову Дерека, мурлычет почти ему в губы:

- Ну же, красавчик, не останавливайся... Тебе же нравится ласкать меня.

И снова оборачивается к Уиллу, ожидая его реакции.

Спирс сильно стискивает зубы, но на провокацию не поддаётся, тем самым давая понять, что здесь он главный и он решает. Оттолкнувшись от косяка, он по-хозяйски подходит к шкафу, на полке которого из старенького приёмника завывает свою печальную песню современная поп-исполнительница. Прибавляет громкости, чтобы соседи случайно не услышали...

- Что тут происходит? Милая?! - возмущённо произносит Дерек, размыкая объятия. И непонимающе смотрит то на свою "подружку", то на странного брюнета.

- Не милая, а ми-лый, - презрительно усмехаясь, поправляет Уильям, скрещивая на груди руки.

Ошеломлённый парень переводит недоверчивый взгляд на Грелля, а тот в ответ невинно изгибает брови домиком и тут же начинает мерзко хихикать. Заведя руку за спину, он ловко расстёгивает замочек своего лифчика без лямок, и накладные силиконовые груди спадают на пол. Грелль быстро вытирает об рукав алую помаду - он не любит чувствовать вкус косметики, когда целуется - и, сделав губы бантиком, тянется к лицу своего изумлённого гостя. Но Дерек брезгливо отталкивает его и резко бросается к входной двери, увы, уже запертой. Ему остается лишь безуспешно дергать за ручку. Раздаётся тихий, глухой, низкий рык Уилла. Его заводит этот приступ паники. И на радость Сатклиффу он решает, что пора начинать...

- Что такое, разве ты не хочешь его трахнуть, ублюдок?

Дерек, различив явные агрессивные нотки в голосе незнакомца, всё же оставляет дверную ручку в покое и поворачивается к Спирсу. Тот угрожающе надвигается, и парень инстинктивно начинает пятиться вглубь комнаты.

- Так, давайте успокоимся и... - кулак Уилла, сильно въехавший в челюсть неудачливого кавалера, обрывает это здравое предложение.

Мужчина падает, быстро поднимается, замахнувшись в ответ, но промахивается. Сатклифф налетает на него сзади, подобно коршуну, и с диким шипением всаживает заготовленный скальпель под левую лопатку. Это не смертельный удар, он призван лишь ослабить и ошеломить жертву. Грелль крепко сжимает кисти Дерека за спиной, и пока тот кричит от боли, ласково бормочет ему в ухо:

- Ну-ну. Потерпи, сладенький, не разочаровывай меня. Больно будет ещё немножко, а потом тебе станет всё равно.

От этих слов Дерек сильно меняется в лице, его коленки предательски подкашиваются. Только теперь он начинает понимать, во что ввязался. Уильям с улыбкой наблюдает за ним.

- Ты боишься смерти? - подходя ближе, спрашивает он и, не дожидаясь ответа, бьет еще раз, на этот раз в солнечное сплетение жертвы, точно и резко, а затем обрушивает град ударов, и мужчина, весь съёжившись, снова падает на пол. Боль быстро расползается по молодому холёному телу.

С разбитой губой и заплывшим глазом Дерек уже не кажется Греллю привлекательным. Другое дело Уильям, теперь словно преобразившийся, с нескрываемым упоением вершащий свою расправу. Грелля до дикости восхищает разворачивающееся на его глазах представление, но ему недостаточно быть простым зрителем. Он облизывает свои пересохшие губы и дрожащими от возбуждения пальцами вцепляется в рукав пиджака Уильяма. Настойчиво тянет и требует срывающимся голосом:

- Дай мне! Оставь его мне, слышишь?

Спирс, не обращая внимания, продолжает неистово избивать свою жертву. Его перчатки уже все в свежей крови. Впрочем, она легко смывается.

В последний раз пнув уже не сопротивляющееся тело, он рычит и резко поворачивается к Греллю. В глазах животная ярость, кулаки судорожно сжаты и готовы к продолжению экзекуции. Сатклифф мгновенно отпускает рукав и испуганно отшатывается.
Что может шакал против вошедшего в раж тигра? Грелль прекрасно понимает, что Уильям намного сильнее его. А сейчас он смертельно опасен и действительно похож на разъярённого хищника. И это нечеловеческое бешенство во взгляде, появляющееся каждый раз, когда он охотится...

Очнувшийся мужчина издаёт слабый стон, и Спирс забывает о Грелле, вновь повернувшись к своей беззащитной жертве. К тому, кого сейчас не станет. Он переворачивает тело на спину, предварительно вытащив скальпель из-под лопатки, и садится сверху.

- Передай привет наверх, если там кто-то есть.

Замахнувшись, в последний момент он вдруг останавливается. Взглянув на Сатклиффа, он натыкается на его по-детски обиженный взгляд, и после секундного колебания делает один призывный кивок головой. Греллю дважды повторять не надо. Воодушевлённый, он в миг оказывается рядом с ними, опускается на колени, выхватывает нож из пальцев Уилла и под беспомощное сиплое "нет!" втыкает его в горло Дерека. Быстро перерезает, с хрустом рвёт глотку и, замирает, любуясь обильно льющейся на деревянный пол алой, как он сам, человеческой кровью. Вид умерщвлённого им же тела настолько возбуждает Грелля, что он готов застонать в голос и уже не находит сил вытащить лезвие.

Он пытается выпрямиться, но от экстаза кружится голова и, покачнувшись, он утыкается головой в шею Уильяма. Спирс тут же берёт его за плечи, заглядывает в лицо и ловит расфокусированный взгляд.

Убедившись, что всё в порядке, он отбирает из ослабевших пальцев плохо соображающего Сатклиффа скальпель и отбрасывает в сторону. Окровавленный инструмент, жалобно звякнув, отскакивает куда-то под шифоньер.
Словно по сигналу, Спирс резко поднимается с колен, стягивает испачканные перчатки, брезгливо бросая их на пол, и ослабляет на себе галстук.
Пройдясь по комнате, он вяло разминает шею и потягивается: плечи ходят ходуном, стальные мышцы оживают. Теперь тигр может расслабиться.

В спертом воздухе медленно разливается тягучий запах крови. Спирс подходит к орущему очередной хит радио и резко щёлкает кнопкой. Внезапная наступившая тишина хлыстом бьет по ушным перепонкам сообщников, натягивая и без того взвинченные нервы до предела. Спирс поворачивается к Греллю, который так и остался сидеть на полу возле трупа.

- А ну-ка, иди сюда, котик.

Грелль поднимает глаза и напряженно улыбается своему любовнику. Медленно поднимается и подходит ближе, опять развратно покачивая бёдрами, чем вновь неминуемо раздражает Уильяма, но вместе с тем и заводит. Клокочущая ревность уже снова распаляет его изнутри, а нарастающее возбуждение отдаётся протяжной сладостью во всем теле. Ухватившись за полы рубашки, он дёргает за них, притягивая свою алую бестию ближе. Одним рваным рыком выдыхает:

- Чёртов суккуб, - и, наконец, остервенело впивается в его рот.

Легко подхватив на руки льнущего к нему Грелля, Спирс перешагивает через остывающее тело, как через нечто не заслуживающее внимания, стараясь лишь не наступить в растекающуюся вокруг кровавую лужу.

Добравшись до стола, Уилл опускает на него свою добычу и отстраняется только для того, чтобы как можно скорее справиться с брюками.
Прекрасные туфли одна за другой с громким стуком падают на пол.
Грелль, весь трепещущий от желания, прерывисто дышит и в нетерпении кусает покрасневшие тонкие губы. Опирается на локти и помогает Спирсу стянуть с себя джинсы вместе с ажурным дорогим бельем. Протяжно, громко не то скулит, не то стонет, когда Уилл смачивает его своей слюной, а затем входит в него.

А дальше Грелль выгибается всем телом, ловит ритм, выбранный любовником, приподнимается, чтобы обнять его за плечи, и невольно натыкается на остекленевшие глаза убитого мужчины. По телу бегут мурашки, адреналин и ужас, смешиваясь в адский коктейль, бегут по его венам. Это слишком резко накатывает, накрывает с головой так, что сдержаться уже невозможно.
Он должен это видеть, должен чувствовать это сейчас. Грелль сам невольно стал зависим от этих ощущений, ради которых готов и душу дьяволу продать, не то, что быть просто приманкой. И он пойдёт за своим наваждением в любую тьму. Да хоть в сам в ад, лишь бы быть с ним. Ведь только с ним он по-настоящему счастлив.

Запах крови и смерти уже пропитал квартиру так, что Грелль больше его не чувствует.
Он отворачивается, но не в силах преодолеть нездоровое любопытство, заразившись кровавым безумием, снова и снова возвращается завороженным взглядом к бездыханной жертве.

Уилл замечает этот взгляд и довольно скалится. Он останавливается и, притянув Грелля за шею ближе, шепчет ему на ухо:

- Ты знаешь, что после смерти душа некоторое время находится в той же комнате, что и тело? Так что твой приятель сейчас всё прекрасно видит. Улыбнись ему на прощание.

У Грелля от дикости сказанного перехватывает дыхание. Но в этот момент рука Уильяма уверенно и мягко сжимает его член, и от удовольствия Грелль широко распахивает глаза, вновь громко застонав. Спирс ускоряет движения и вталкивается в него теперь резко и глубоко, как любит сам Грелль.
Он так мастерски контролирует его ощущения, что кончают они практически одновременно. Подобный ослепительный оргазм бывает у Грелля только в такие безумные дни, и только с этим зверски-сумасшедшим маньяком. Сатклифф обессиленно падает в объятия Уильяма, а тот крепко прижимает его к себе. В наступившей тишине Греллю теперь отчётливо слышатся только синхронное биение его и своего сердец.
"Как будто одно на двоих", - думает он и слабо улыбается этой мысли.

Отдышавшись, Уильям медленно отстраняется и целует любовника в висок:

- Молодец, хорошо поработал. А теперь убираемся отсюда. Чем быстрее, тем лучше.

- Хорошо, любимый, - блаженно растянувшись на столешнице, шепчет Грелль. Ему хочется ещё чуточку понежиться в этом чудовищно-сладостном наслаждении.

Пока Спирс заправляет помятую рубашку в брюки и возится с ремнем, Сатклифф лениво слезает со стола и довольно произносит:

- Спасибо, что поделился им со мной.

Уильям, в полной мере вернувший себе самоконтроль, серьёзно глядит на него:

- Я хочу разделять с тобой абсолютно всё. Всю свою жизнь. И это... Эту её часть тоже.

- И так будет всегда? - задумчиво спрашивает Грелль, встряхивая волосами.

Спирс ловит длинную прядь и пропускает между пальцами:

- Пока ты со мной.

- Значит - всегда, - удовлетворенно заключает и, улыбаясь, тянет к нему руки его кроваво-алое пристрастие.



ficbook.net/readfic/2043987


@темы: Маньячное, Музыка, Уильям Т. Спирс, Грелль Сатклифф

URL
Комментарии
2015-09-05 в 16:02 

Ежевичный Монстр
эстетично. ежевично.
Мур-мур-мур! Эта твоя работа... просто шикарна!:inlove:

2015-10-08 в 23:50 

Laerta820
По сути все мы - лишь микросхемы мировой Энергетической системы.
Ежевичный Монстр, не "твоя", а наша! Спасибо тебе тысячу раз)) :inlove::kiss:

URL
   

Остров Дракона

главная